Что бы там ни происходило на сцене - в тот момент все взоры были устремлены в зал, где ссорились двое благородных. Такое, в отличие от "Эллата и Эс-тарты", можно увидеть в театре не каждый день.

3

- Хог! - высокомерно, словно бы милостыню бросил Атен оке Гонаут, и его темно-синий плащ упал на землю.

Все. Началось. И болтать больше не будут.

Первый выпад "лосося" был встречен толпой одобрительным шепотом. Эффектно, сильно, решительно.

Первая защита писаки - как ни странно, тоже. И в самом деле, такой прыти за чиновниками Иноземного Дома вроде бы раньше не водилось. Атен оке Гонаут присел на одну ногу, и его меч - клинок отличной северной закалки встретился с клинком "лосося" в весьма необычном месте, лишив удар офицера той мощи, которая пришлась по душе зевакам минутой раньше.

Если бы у Арда оке Лайна было время на недоумение, он, пожалуй, недоумевал бы. Он не ожидал, что его обидчик, который, по всему видно, младше его лет на десять, сможет осадить его столь легко, причем в первом же выпаде.

- Хог! - сказал писака, и его меч, ведомый аккуратным размахом правой руки, понесся на Арда, описав в воздухе весьма необычную траекторию. Едва ли кто-нибудь из зрителей знал, что маневр этот зовется в Синем Алустрале "серьш младшим бражником". Ард тоже этого не знал. Озабоченно крякнув, он скованно и судорожно отбил удар. Неудачно, хотя и не так неудачно, как рассчитывал писака, - клинок Арда сошелся с клинком противника почти плашмя, издав позорный гул. "Дурная рука фехтовальщика обижает даже бездушную сталь", - говаривали авторы трактатов по искусству убивать в поединках. Арду стало немного стыдно, ведь даже безусые пацаны знают, что удары следует отбивать лезвием, только лезвием.

Но не успел Ард ретироваться, как обозначился новый удар. Похоже, писака не был сторонником долгих матримоний и торопил... что он торопил? Но теперь Арду уже не казалось, что его противник торопит свою смерть. Нет, этот чиновник не сумасшедший выскочка, ищущий себе на голову приключений по театрам и площадям. Он...