Это я вам как специалист говорю, я преступников и психов по внешнему виду распознаю. Да у нас и пособие такое есть в конторе: "Характерные портреты убийц, воров, мошенников и умалишенных". Очень удобная штука, ее бы надо и в судах ввести: глянул на физиомордию подсудимого, с книжкой сличил, и готово, ничего доказывать не надо... Опять же - гуманизм. Скажем, судят человека за воровство, а по портрету он - маньяк-убийца. Так что, пятьдесят жмуриков на него вешать? Нет уж, врешь, судят-то его за воровство, а вот когда его на мокром возьмут, тогда уж не отвертится. А покуда гуляй, парень, раз на морде написано, что не брал чужого.

Нет, не похожа девка эта на дурную: нос прямой, без вздернутости, щеки чуть впалые, но без ямочек (терпеть не могу эти выбоины!), глаза не на переносице, а весьма аккуратно так расставлены, разрез симметричный, цвет ровный, хороший такой цвет, светло-карий, без мазутных разводов, ресницы чуть длиннее нормы, но видно, из-за туши так кажется, намазаны опять-таки ровно, без гуталинных комьев, усов под носом не наблюдается, губы в меру пухлые, рот великоват малость, но не до ушей, а впрочем, и не великоват вовсе, как раз в аккурат... Хотя знаю, грешен - люблю большой рот. Не знаю почему, пытался найти какие-то истоки, не смог, даже нa Гуимплена никогда не думал, что он урод, более того, он мне всегда казался нормальным в меру симпотным мужиком.

- Что-то не так? - серьезно спросила девушка, не выдержав моего пристального взгляда.

- Даже слишком так, - ответил я задумчиво.

- Не понимаю...

- Я тебе прямо скажу, милая моя. Слишком у тебя лицо правильное, вот что я скажу тебе.

- Что же в этом плохого? - спросила она с вызовом, не смутившись даже, молодец, крепкая девчушка такая.

- Плохого действительно мало, - озадаченно потер я шею. - Подозрительно только очень. Так что, вы говорите, за вами числится?

- Вот это я и хотела у Вас узнать, - перешла она на "вы".