– Шутка, – вполголоса прокомментировал лопоухий.

– Гы-ы! – с готовностью ухмыльнулся Грюэль на зависть тыкве-рекордсменке, выпотрошенной на Хэллоуин.

– Естественно, шутка, – согласился принц. – Но с изрядной долей правды. По крайней мере говорить и забывать человек начинает примерно в одном и том же возрасте – в районе года. До этого момента он в полном объеме владеет обобществленным опытом, который успели накопить его предки. После него – каждый день, если не час что-нибудь теряет, растрачивая знания по крупицам. Мало кому удается сохранить к пятнадцати годам хотя бы маленький чемоданчик из того огромного багажа знаний, который дается нам изначально. Большинство подходит к этому рубежу налегке: интеллект на нуле, зато отлично развиты рефлексы, которым не мешает – прошу прощения за каламбур – излишняя рефлексия. Вот как это происходит на Чальдине. А у вас, землянинов, разве не так?

– Землян, – уточнил Максим. – Что вы, совсем не так! Нам ничего не дается от рождения. Ну, кроме зычного голоса и скверного характера. Чтобы овладеть знаниями, землянам приходится долго и упорно учиться.

– Нам тоже приходится учиться – чтобы не так быстро забывать. В определенном возрасте каждый чальдинианин обязать выбрать себе имя и будущую профессию. После этого он день за днем тренирует память, чтобы важные для него воспоминания оставались с ним как можно дольше. Например, Карл постоянно освежает свои познания в области лингвистики, Эрик каждую свободную минуту оттачивает навыки информационного сканирования, а я… я пытаюсь не разучиться управлять государством. И пока этого не произошло…