– Ну, а всем остальным?

– Гораздо лучше… Во-первых, развивался капитализм. Во-вторых, не было прежнего произвола и тиранства. Чтобы попасть в крупные неприятности с властью, следовало очень постараться. Если вы не народник и пропагандой не занимаетесь, опасаться, в общем, нечего. В противном случае… Тут и положение не могло уберечь. Был такой курьез: молодая супруга брата известного миллионщика Рябушинского начала раздавать крестьянам листовки. В толк не возьму, что нашло на урожденную дворянку. Неприятности были серьезные, едва отстояла родня… А что касается финансов и промышленности…

– Это-то я знаю, – перебил Мокин. – И вас читал, и много чего еще. Вы мне лучше подробно растолкуйте некоторые другие аспекты… Чисто бытового плана. Или… Лучше я вам дам конкретное задание. Предположим, мы с вами вдруг попали год в восемьсот семидесятый. Трудно нам будет легализоваться, не привлекая особого внимания?

– Вы серьезно?

– Абсолютно, – сказал Мокин. – Паспорта там были, насколько я знаю, но несерьезные какие-то по нынешним меркам… Давайте прокачаем такой вариант. Я – американец или там аргентинец. Потомок эмигрантов из России. Помотался по свету, накопил деньжат, научился болтать по-русски – и решил переехать в Российскую империю. Приехал туда с чистыми аргентинскими бумагами, с золотишком… виза нужна?

– В нашем сегодняшнем понимании – нет. Приезжаете, регистрируетесь и живете, пока не надоест. Заводите фабрики, поместья покупаете, коли охота…

– Секретные службы проверять меня будут?

– Вряд ли начнут без конкретного компромата, без запросов от полиции соответствующей страны. Пока не оказались замешаны в чем-то противозаконном, живите хоть сто лет.

– А если я где-то в Южной Африке раздобыл бриллиантов и начал продавать?

– Да ради бога. Если они в розыске не числятся. – Кузьминкин торопливо добавил: – Конечно, возможны всякие случайности, но не они делают погоду…