— Дедуля! — окликнула старого солдата активная Трошкина. — Не подскажете, где тут улица Окраинная?

— Ходь туды! — ответил дед, махнув клюкой в глубь скопища частных домов. — Прямо, прямо и раз направо!

Посовещавшись, мы решили, что «прямо, прямо» — это два квартала вперед, а «раз направо» — один в сторону, и целеустремленно зашагали вдоль пыльного зеленого забора. По дороге разговорившаяся Трошкина многословно хвалила старца за военную простоту и точность формулировки, но диаметрально изменила свое мнение о трезвости ума и твердости памяти дедули, когда выяснилось, что он отправил нас не на ту улицу.

— Это же не Окраинная! — возмутилась Алка, завершив короткое странствие по маршруту «прямо, прямо и раз направо» у таблички «ул. Украинская».

Увы нам, старый боец оказался глуховат.

— Имени Украинского фронта, не иначе! — нездорово развеселилась я.

— И что смешного? — Алка обиделась и принялась меня воспитывать. — Вот какая ты после этого своему брату сестра?

— Бедная и несчастная, — вздохнула я.

— А должна быть любящая и заботливая! — уела меня подружка. — Как Иванушкина Аленушка!

Я не сразу поняла, что Иванушкина — это не фамилия, но Алка помогла мне вспомнить первоисточник:

— Уж она-то своего братца не бросила, даже когда он козленочком стал! Ну, что ты хохочешь? Зямя в беде, ему помочь надо, а ты ржешь тут как лошадь!

Сравнение с Аленушкой меня дико рассмешило по той простой причине, что ее братец козленочком стал, а мой, можно сказать, является таковым с рождения: красивое имя «Казимир» Зямины знакомые по детскому саду и начальной школе упорно расшифровывали как «Козий Мир». Козий Мир Борисович Кузнецов.

— Могу ржать не тут, а в любом другом месте, — отсмеявшись, предложила я. — Например, на том перекрестке! Видишь, там другая табличка виднеется, по-моему, как раз «ул. Окраинная»!