— Мама, — слабо охнула я.

Машина летела по мокрой дороге, как глиссер, пуская то справа, то слева по борту завесы брызг. Водитель явно получал удовольствие от этого водного шоу, мне показалось, он специально закладывает повороты, чтобы охватить своим вниманием максимальное количество пенных луж. В связи с этим стало ясно, что такой шикарный водоем, как мое купальное болотце, в стороне от процесса не останется. И, стало быть, я здорово рискую быть раздавленной этим любителем мокрых дел!

В образе кикиморы особо стесняться было нечего, и я не затруднилась бы сигануть с дороги на обочину в неэстетичном полуприсяде лягушки-квакушки, но оказалось, что неприятности продолжаются. Я не могла уйти с дороги, мой правый каблук крепко-накрепко застрял в какой-то расщелине!

«Прав был Денис, зря ты купила эти дурацкие туфли!» — некстати упрекнул меня внутренний голос.

Спорить было некогда (хотя английские кожаные туфли с застежкой-перепоночкой дурацкими быть никак не могли!): пришла пора прощаться. Большая темная машина приближалась с огромной скоростью. Я закрыла глаза, зажала уши и завизжала так, как и не снилось Соловью-разбойнику.

Холодная волна ударила меня в бок, брызги хлестнули по лицу, а в открытый рот попала вода. Я перестала орать, закашлялась и согнулась, мысленно проклиная две вечные российские беды — дороги и дураков. К числу последних я самокритично отнесла и саму себя. Чего мне, дуре, не сиделось в машине? Зачем я вылезла на середину улицы?

— Сдурела, твою мать?! Выперлась на дорогу, идиотка старая! — в унисон моим мыслям проорал мужской голос.