Его голос понравился мне еще меньше, чем его ухмылка: высокий, бодрый, прямо пузырящийся от похабного благодушия. Если в нем и не было прямой насмешки, то она подразумевалась. От его голоса у меня челюсти свело.
- Видимо,- сказала она сухо,- это и было первым, что бросилось вам в глаза.
- Нет, малютка. Это ты - первое, что бросилось мне в глаза. След обручального кольца - второе. Монограммы - только третье.
- Я тебе не малютка, вымогатель дешевый,- сказала она с внезапной глухой яростью. Его это не особенно задело.
- Может, я и вымогатель, милашка, но,- снова самодовольный смешок,совсем не дешевый.
Она шла по комнате, видимо, отдаляясь от него.
- Хотите выпить? Я вижу, у вас с собой бутылка.
- Не боитесь, что это может пробудить во мне любострастие?
- Я боюсь в вас только одного, мистер Митчелл,- сказала она ледяным тоном.- Вашего большого трепливого рта. Вы слишком много болтаете и слишком сильно любите себя. Лучше постараемся понять друг друга. Мне нравится Эсмеральда. Я здесь бывала и раньше, и мне всегда хотелось сюда вернуться. Чистое невезение, что вы живете здесь и что мы встретились в поезде. Самое скверное невезение, что вы узнали меня. Но это только невезение, не более того.
- Везение для меня, милашка,- прогнусавил он.
- Может быть,- сказала она,- если вы не перегнете палку. Она может сломаться, и обломки полетят вам прямо в лицо.
Наступило короткое молчание. Я мог представить себе, как они смотрят друг на друга в упор. Его ухмылка, может, чуток поблекла, но не слишком.
- Все, что мне нужно сделать,- сказал он спокойно,- это снять трубку и позвонить в местную газету. Хочешь известности? Это я тебе устрою.
- Я приехала сюда, чтобы скрыться от любопытных глаз,- сказала она горько.- Суд признал меня невиновной.
Он рассмеялся.
- Точно! Так решил горе-судья, выживший из ума от старости, хотя присяжные были другого мнения. Это могло случиться в единственном штате Америки - я проверил. Ты уже дважды меняла имя. Если твоя история попадет в местные газеты - а она того стоит, милашка,- думаю, придется тебе снова менять имя и пускаться в путь. Утомительно, не так ли?