Вот только голодно бывает, а так даже и неплохо. Никто не зудит над душой, как светлой памяти теща, никто не требует зарплаты побольше, работы получше, как исчезнувшая в неведомых далях жена, никто не выпрашивает деньги на мороженое и игрушки, как пропавший вместе с женой сын. Легко, светло и бездумно жилось Лехе. Маруська - Веркина приятельница, костлявая баба неопределенного возраста и неведомого цвета волос, - грела бок по ночам, на бутылку как-то да наскребалось, а больше ничего ему и не надо было. Пока не притащил Толян этот странный план от диггеров - лазальщиков по метро.

  - Не будь идиотом, Леха! - восклицал Толян, ероша и без того непричесанную, редеющую от бесприютной жизни шевелюру. - С таким складом мы годами будем безбедно жить! Неужто тебе Веркина колбаса не надоела?

  Колбаса надоела до изжоги, и Леха, запасшись стареньким фонариком, побрел в метрополитеновские катакомбы, сверяя свои шаги по затертой бумажонке. Он отсчитывал повороты и думал, что ж сделает со своей долей консервного клада. "Ну, на еду оставлю, конечно, - размышлял он лениво. - Еще можно продать. Вот только кому? Оптовика какого найти, что ли? К знакомым старым обратиться? Так они в мою сторону и плюнуть постесняются. Да и потом, много ли на своем горбу унесешь?". Мысли скользили пузырьками, лопались, не складывались ни во что вразумительное. Давненько уже Леха не был собственником ничего, кроме драной одежонки.

  - Здесь! - Леха уперся пальцем в стену, глядя в возникшее сбоку ответвление тоннеля. - Точненько вышел! Теперь сюда, а вскорости уже и склад. Надо ж как, не обманул Толян! Диггеры его эти вполне приличными ребятами оказались. А я уж думал, что посмеялись над бомжами, не иначе. Этим только дай козу состроить!

  Новый тоннель действительно оказался в точности на том месте, как и указано было в карте.