– Чего орешь Сокол, все путем.

– Вы где?

– На позиции, готовы работать. Ты когда будешь?

– Да я уже почти над вами. Давай подсветку.

– Понял, лови свет.

'Ну, кто у нас будет первым?' - подумал про себя, включил прибор и навел его на палатку, где по моим наблюдениям до сих пор проходил военный совет французского командования. Невидимый для человеческого взгляда мощный инфракрасный луч пульсирующим пятном выделил искомую палатку среди лагеря. В наушнике раздался голос.

– Вижу. Что там за цель?

– Палатка, где главные французские уроды собрались.

– Ну…

Высоко в небе на пределе чувствительности слышалось стрекотание двигателя, потом стало чуть тихо - пошел на бомбометание и несколько секунд позже, чуть левее палатки вырос огненный столб разрыва. Не очень точно, но, как говорится, точность бомбометания компенсируется мощность заряда. Палатку снесло, а вместе с ней в придачу еще несколько. В лагере сразу поднялась паника и испуганные солдаты начали палить во все стороны. Самое интересное никто и не додумался стрелять в воздух - вот что с людьми делает инертность мышления. Очередное философствование опять было прервано голосом из наушника:

– Крот, ну что там? Я еще могу один заход сделать.

– Без проблем.

Снова приник к окуляру, навел маркер на довольно большое хранилище боеприпасов, отмеченное еще при дневном свете, и включил лазер подсветки.

– Есть, лови свет.

– Вижу. Сейчас сработаю.

На фоне грохота, стрельбы, криков звук пикирующего для бомбометания самолета был практически не слышен.

Взрыв порохового хранилища как-то не впечатлил. Бабахнуло ну не так что бы уж очень, дым накрыл все место действия, изредка подсвечиваясь изнутри вспышками. Видимо детонировали еще какие-то запасы пороха, а может не все взорвалось, раскидав бочки, которые сейчас и взрывались. Полюбовавшись на все это благоденствие, которое я писал на видеокамеру, мы стали собираться обратно - главное было сделано.