Первый тип — это фанатики, второй — честные и разумные, третий — купленные, о четвертых говорят — взятые напрокат. Фанатики настроены достать тебя, ни с чем не считаясь. Честные, но разумные тоже готовы хватать и тащить, но они не откажутся выслушать тебя, если есть что им сказать. Купленные могут в определенных ситуациях быть весьма полезными, но стопроцентно полагаться на них рискованно: никогда точно не знаешь, купленный он или только взят напрокат. А взятый напрокат коп — это тот, который вроде бы куплен, но он вовсе не надежен и потому наиболее опасен.

Граймс принадлежал к категории честных и разумных. Он многое знал обо мне, но ничего конкретного не мог доказать, поэтому предпочитал выжидать, пока не получит веских доказательств. Он не подозревал, разумеется, о том, что в настоящий момент нужные ему заикающиеся доказательства дрожат от страха под стеллажом в кабинете. Я надеялся, что он этого и не узнает. Фанатика можно обмануть, потому что он больше действует, нежели думает. Честный, но разумный идет напролом лишь тогда, когда у него есть что-то против вас.

Так мы и сидели, уставившись друг на друга без всякого удовольствия. Мы молчали, прислушиваясь, как переговариваются двое копов, обшаривая квартиру. Через некоторое время один из них постучал в дверь спальни и что-то деликатно пробормотал. Я напрягся, не зная, чего ожидать, но тут вышла Элла в ладном махровом халатике, придерживая у горла отвороты. Она моргнула несколько раз, хорошо изображая только что проснувшегося человека, и спросила:

— Что-то не так. Клей? Что происходит?

— Они ищут своего приятеля. Не надо волноваться, это просто обычная рутина. Спросите мистера Граймса, он вам подтвердит. Да, кстати, Элла, это мистер Граймс. Он полицейский. Мистер Граймс, это Элла. Она танцовщица.

Граймс отозвался на представление смущенным ворчанием. У меня было ощущение, что Граймс не только честный, но еще и высокоморальный человек. Думаю, его смущало, что мы с Эллой разделяем ложе, не получив благословение Церкви. Он не мог примириться с тем, что я сплю с женщиной, которая... просто знакомая, а не законная жена. Элла явно стесняла его, и он не знал, что сказать и куда смотреть. Он старательно отводил от нее глаза, хотя девочка закуталась в халат самым целомудренным образом.