Было четверть первого, когда вопрос о ленче начал настойчиво занимать ее мысли. Она прошла примерно восемь миль пути к Уилверкомбу, легко преодолевая трудности и сделав крюк, чтобы внимательно осмотреть некие римские развалины, объявленные в путеводителе «представляющими значительный интерес». Одновременно почувствовав и усталость и голод, она осматривалась вокруг в поисках подходящего места для завтрака.

Сейчас волны почти доходили до нее, и влажный пляж переливался золотым и серебряным цветом в лучах ленивого полуденного солнца. «Очень мило, — подумала она, спускаясь к берегу, — можно даже и искупаться», — хотя она и не была слишком уверена в этом, так как не знала берега и местных течений. «Тем не менее неплохо бы взглянуть». Она перешагнула низкий парапет, отделяющий дорогу со стороны моря, и начала искать тропинку вниз. Между камнями короткими пучками росла скабиоза и морская гвоздика; они легко привели Гарриэт к берегу моря. Она очутилась в небольшой бухточке, укрывшейся от ветра под выступающей скалой и несколькими удобными валунами, на которых можно было сидеть. Выбрав место поуютнее, она вытащила сэндвич и «Тристрама Шенди» и обосновалась.

Нет сильнее соблазна, чем вздремнуть после завтрака на морском берегу под солнышком; это — не темпы «Тристрама Шенди», такие быстрые, чтобы сохранить способность к деятельности при высокой нагрузке. Гарриэт обнаружила, что книга выскальзывает из ее пальцев. Дважды она резко подхватывала ее, на третий раз она ускользнула от нее навсегда. Голова девушка неловко склонилась. Она задремала в неудобной позе.

Гарриэт внезапно проснулась оттого, что, как ей показалось, почти рядом с ее ухом раздался крик или плач. Когда она села прямо, щурясь, низко над ее головой с пронзительным криком пролетела чайка, нависая над забытым куском сэндвича. Гарриэт встрепенулась и виновато взглянула на наручные часы. Два часа. Удовлетворенно осознав, что она не проспала очень долго, девушка поднялась на ноги и стряхнула крошки со своей юбки. Даже сейчас она не чувствовала себя достаточно бодрой; чтобы успеть к вечеру до Уилверкомба, времени у нее было предостаточно. Она взглянула на море, вниз, где вытягивались длинная полоса гальки и девственная лента блестящего песка, спускающегося к краю воды.