Риннарх Тарпен Карн, властитель Карна, протектор Амита и северного побережья Туннрейз, управитель безводных степей от Тучегона до Безбрежного океана, покровитель Ирнасстэа, своим настроением успешно восполнял отсутствие туч и бурь.
Именно так, и не меньше, — по крайней мере, для безмолвно замерших на палубе подданных. Кроме, пожалуй, Второго капитана гвардии Карна — Крейна, ничуть не опечаленного мрачным видом повелителя. Рыжий северянин под тяжелым взором князя лишь пожал плечами: всего не предусмотришь, зачем теперь зря нервничать.
Пасмурным взор Его светлости стал вовсе не потому, что великолепная церемониальная галера рядом с барком цвета индиго казалась, мягко говоря, неуклюжей, старомодной и недостаточно представительной. Пусть, никто и так не смеет оспорить искусство корабелов Архипелага. Хуже иное. Риннарх ни на миг не усомнился в ответе на вопрос, почему Индуз выбрал барк. Кормчий распоряжается и владеет почти неограниченным набором судов и лодок, в том числе парусно-гребных, — как торговых, так и военных. Он мог подобрать вариант, куда более уместный в условиях полнейшего штиля, обычного в этих водах на изломе лета. Галеры, кстати, наверняка расположились там, за изгибом горизонта, в полудне неспешного пути.
Кормчий хотел еще раз подчеркнуть, что прикованных к веслам рабов на Архипелаге нет. Значит, стоило десять раз подумать и все же выбрать шхуну.
На синий барк Риннарх поднимался, все еще не справившись со складкой раздражения меж бровей. Первый раунд уже проигран. При том, что действительно серьезные проблемы не у Индуза, а у него, Карна.
Адмирал Лайл Бэнро ожидал гостя в великолепной каюте, без свиты, лишь в обществе своей обожаемой дочери Силье. И это давало некоторую надежду. Молодая женщина унаследовала бурный нрав от отца и безупречную красоту — от матери, уроженки Таира, самого южного из островов Архипелага. Столь взрывоопасная смесь позволяла ей демонстрировать в глубочайшем декольте восхитительный бронзовый рельеф, странно дополняемый набором светлых на загорелой коже шрамов, метящих руки и левую скулу. Их происхождение знающему человеку разъяснял кортик у пояса.