Она не ответила. Тяжело дыша, смотрела на него. Он почему-то не боялся. Может быть, это провокатор?

– Я дьявол, – сказал он в ответ на ее мысли. Теперь он был серьезен и даже печален.

И хотя Мирра не верила в дьявола, она мгновенно поняла, что человек в козлином тулупе говорит чистую правду.

Будучи медиевистом, Мирра хорошо знала верные средства от нечистой силы. Подняла свою толстую книгу, изданную в Гейдельбергском университете при Веймарской республике, и надвинула ее на дьявола. И поскольку ни одной молитвы по-русски никогда не знала, то заговорила на том, который исследовала, и выпалила «Отче наш» по-готски единым духом.

Дьявол обиженно морщился и ежился, елозя по вытертому черному коленкору библиотечного кресла. Видно было, что ему и неприятно, и больно, и уходить не хочется.

– Зачем вы так… – начал он. И перевел дыхание, утирая пот, когда она замолчала. – Уф… Давно я не слышал готской речи. Вы меня даже порадовали, только для чего такой текст выбрали?

– А других не сохранилось, – просто ответила Мирра.

– Как это?

– Да вот так.

Дьявол улыбнулся, показывая широко расставленные желтоватые зубы.

– Расскажите мне об этом, – попросил он. – Может, я вам помогу.

– Сомневаюсь.

– Мирра, – заговорил дьявол вполне серьезно, – вы верите, что я дьявол?

«Я, фамилия, имя, вступая в ряды Всесоюзной пионерской организации имени Владимира Ильича Ленина… Горячо любить свою Родину, жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин… всегда выполнять законы пионеров Советского Союза…» – промелькнуло вдруг в голове у Мирры.

Но она верила.

– Да, – выдавила она. – Я верю, что вы дьявол.

Он с чувством пожал ее руку. У него была сухая, очень холодная ладонь.

– Я помню их всех, – сказал дьявол тихо.

– Товарищи, – не выдержал наконец пожилой профессор, сидевший у них за спиной, – вы мешаете. Если вам так нужно поговорить, выйдите, будьте настолько добры.