Я глубоко вдохнул и выдохнул. А потом еще раз вдохнул и выдохнул. Голова чуть-чуть закружилась, но я не обратил на это внимания. Ребра не сломаны, и это главное. Может, одно-два и повреждены, но это не считается, в полевых госпиталях это вообще не считалось за ранение, одиночная трещина в ребре двигаться не мешает, а значит, и интереса для военврачей не представляет.

Я осторожно пошевелил руками, а затем плечами. Переломов нет, вывихов тоже. Ушибы есть, завтра все тело будет похоже на один большой синяк, но серьезных повреждений нет, и это хорошо. Я улыбнулся, левая щека отозвалась болью и я понял, что лицу тоже досталось. Я попытался заглянуть в зеркало, но увидел только то, что его больше нет. Зато я увидел виновника торжества.

Мы ехали в правом ряду, я держал чуть меньше сотни, "Газель" была сильно загружена и перегружать двигатель не было никакой нужды. Тем более, что хозяин груза ни разу не дал понять, что перевозка срочная. Интересно, что за железки лежат в этих ящиках, это точно железки, ящики слишком тяжелые, чтобы быть наполненными чем-то другим. Если только не кирпичами, ха-ха.

Так вот, мы спокойно ехали в правом ряду, видимость была идеальная, температура чуть ниже нуля, как это обычно бывает в начале ноября, но первый день жестянщика еще не наступил и дорога абсолютно сухая. Впереди замаячила хорошо знакомая по прошлому рейсу полоса особенно дерьмового асфальта, я отпустил газ и подумал, почему это в Тульской области знак "неровная дорога" висит перед каждой колдобиной, а в Московской области его вообще не встретишь. И это притом, что к северу от Оки дорога гораздо лучше, чем к югу от нее.

А потом мое внимание привлекла небесно-голубая "шестерка", появившаяся в зеркале заднего вида и быстро приближавшаяся. Я представил себе, как она будет скакать на многочисленных поперечных складках асфальта и непроизвольно улыбнулся. Я успел обратить внимание, что "шестерка" недавно покрашена, причем покрашена толстым и неровным слоем садолиновой краски, а это может означать только одно - машина убита и совсем скоро ее будут продавать. Лоху. Потому что нормальный человек ни за какие деньги не купит подержанную машину, недавно покрашенную толстым слоем садолиновой краски.