— Врешь — не уйдешь! — Из стеклянной кабины немецкого стрелка-радиста несся ответный огонь, но уже растерянный и неточный. И тем не менее победа далась Бухтееву нелегко — он получил десять пробоин в самолете.

В 50 метрах от земли, когда Юнкерс воткнулся в нее огненно-черной кометой, Бухтеев почувствовал внезапный удар снизу, позади сидения. Пробило бензобак, и бензиновый фонтан ударил в кабину, заливая летчику лицо и приборы управления. Враг был уничтожен. Пора было подумать о собственной безопасности.

Бухтеев вывел из пике, набрал высоту и 400 метров и взял курс на аэродром. Скорость самолета была громадной. Ветер сильно разряжал воздух в кабине, и бензин из баковой пробоины, устремляясь в кабину летчика, распылялся в мельчайшие брызги. Полная утечка бензина и остановка мотора или пожар грозили гибелью. Случилось первое — иссякло горючее, и остановился мотор. Бухтеев быстро окинул взглядом землю. Слева, в просвете лесных массивов виднелась открытая площадка. Выбора не было. Летчик развернулся и с остановленным мотором пошел на посадку. Предварительно он перекрыл баковые краны и выключил зажигание, чтобы пары бензина не воспламенялись от соприкосновения с горячим еще мотором. Сначала Бухтеев решил было сажать свою машину на брюхо — кто ее знает, эту лесную полянку? Но в этом решении был тоже немалый риск, и перед самой землей он выпустил «ноги» (шасси). Приземлился и благополучно выкатился в небольшую лощину. Дело было километрах в 15 от аэродрома. А на следующий день, прихватив техника и моториста, Бухтеев на месте заделал бак и перегнал машину своим ходом домой.

Что же касается его напарника Зосимова, тот от него не отстал, он тоже угробил немца.

ТАРАН