Дипломаты берут под козырёк, корабль землян стыкуется с дипкораблём. Наши высаживаются на дипкорабль, блистая улыбками и готовые показать, какие они добрые и гуманистичные Земляне. И рассказать, какие злые-чёрствые Стуфурки хотят всю галактику заставить строем ходить. Благо, по международному регламенту, такие встречи проходят в комнатах с универсальной дыхательной атмосферой и без скафандров: тут уж всем видно, какая у нас розовая кожа и тоненькие ручки.

Но через полчаса после заселения на дипкорабль один из наших дипломатов начал яростно чесаться. Второй опустился на корточки и затряс головой, подвывая. Третий стал хохотать и сдирать одежду. Что-то — газ или излучение на корабле — действовало на мозги наших ребят, превращая их в зверей. Положение неудобное, как у человека, застрявшего в сортире за полчаса до свадьбы: и не выбраться, и оставаться нельзя. Отговорку кошоиды не примут: поди объясни, что Земляне вовсе не ведут себя так на самом деле. Откладывать? Второго шанса могут и не дать. Надевать скафандры, менять место переговоров? Заподозрят в нехорошем, потом вообще не договоришься.

И тогда трое решаются на доуэль-протезирование: уж протезы-то иметь дипломатическим регламентом не запрещено. А что протез у ребят в таком случае будет от щиколоток до ушей — так это нигде оговаривается. Да что им будет — любого человека, имей он хоть что-то на банковском счету, ждёт такой протез. Ну, в старости, конечно: к тому времени, когда обычное тело откажется ходить и жевать овсянку. Пересадив мозг на тело из металла и пластика, можно потянуть ещё лет двадцать. Но если ты молодой успешный дипломат, то тебе не захочется превращаться в эдакий ходячий циркуль, увенчанный ложечкой розового желе мозга. И опять-таки, что скажут кошоиды? Мол, разве это люди? Одни — как звери, другие — как роботы. Не поймёшь, что лучше.