Пилот усмехнулся — какой там установки?! В этом мире лазеры остались лабораторными игрушками. А вот мины…

На дисплее виднелось два подозрительных металлопластиковых пятна и неизвестно, сколько подозрительных участков могло быть в самом куполе. Одно из пятен расположилось прямо перед входным люком. Пилот вздохнул, с сожалением бросил взгляд на гашетку, и неспешно начал проверять герметизацию скафандра.

— Выхожу, — бросил он в микрофон после некоторой паузы.

Выходить не хотелось.

Скафандр был громоздким, и стеснял движения даже здесь, при небольшой силе тяжести. Зато он не был металлическим, и если мина реагировала на металл, то она не взрывалась. А если взрыватель был емкостным или вибрационным…

Впрочем, об этом думать не стоило.

Вблизи мина оказалась скорчившимся на камне скафандром. Время изъело пластик, но металлические части блестели, как будто катастрофа произошла только вчера. Впрочем, для пилота это и было — “вчера”.

Он потянулся было к чужому шлему, затем резко отдернул руку.

Мине равно, как выглядеть. Она вполне способна притвориться мертвецом в скафандре.

Люк был открыт — что тоже казалось подозрительным. Пилот старательно просветил стыки переносным рентгеноскопом, молясь, чтобы взрыватель гипотетической ловушки не реагировал на рентгеновские лучи (“ну, это уж слишком подло!”), и, не обнаружив ничего, облегченно вздохнул.

Не было мины и возле следующего люка — и пилот беспрепятственно вошел внутрь.

Свет звезд проникал сквозь помутневшие, но все еще прозрачные иллюминаторы, выхватывая из темноты потрескавшуюся пластиковую мебель, рассыпавшиеся после разгерметизации комнатные растения, кости…

Пилот вздохнул, закрыл глаза и включил фонарь. Мина вполне могла реагировать и на свет. Но ничего не произошло.