— Пусто, — Димка спрыгнул из кузова. — Ящики одни. Теперь на машине поедем?

— Куда?

— Ну… по городу.

— Ага. Езжайте, Димитрий. Флаг вам в руки. И барабан на шею.

— Нет, а че… — начал было Димка и заткнулся. Он увидел шофера.

— А с… ним что будем делать? — спросила я.

— Похороним, — огрызнулся Быков. Подумал серьезно. Встал на подножку, легко, как куклу, подвинул на сиденье тело, попытался закрыть дверь, Она не закрывалась — мешали ноги шофера. Быков взмок. И тут еще начал икать Димка.

— Ладно, — сказал Быков зло. Подобрал с асфальта этот… пулемет, сунул Димке автомат и пошел вдоль улицы. Я оглянулась. Машина стояла покосившейся зеленой коробкой — как сломанная детьми игрушка. За лобовым стеклом шофера не было видно.

Не то чтобы было жутко. Не то чтобы было жалко. Непонятно было. Странно.

— Быков, а может, он еще живой?

Быков даже не оглянулся. Свернул в первую же арку, прислонился спиной к обшарпанной стене и стал себя охлопывать.

— Ты чего? — нервно спросила я.

— Сигареты ищу.

С сигаретой в руках он себя и хлопал.

— Вон, — сказала я.

— Ага. Мерси… — Быков зажал зубами белую палочку, прикурил и долго мотал в воздухе спичкой.

— Потухла, — сказала я.

— Что? Ага…

Димка тоже прикурил. Они стояли и задумчиво курили, а я стояла и смотрела на Быкова. Трусил Быков непередаваемо.

— Поднатаскали тебя в десанте, — сказала я.

— Ты что, Серега, в десанте был? А где?

Быков глянул через плечо и сказал неохотно:

— Это было давно и неправда.

— Ты в кого стрелял-то, Быков?

Он сморщился, выдохнул дым некрасиво — как будто кипящий чайник открыли.

— В белый свет, как в копеечку.

— А я думал, ты их всех… — разочарованно протянул Димка.

Быков опять оглянулся:

— Ага. Одним махом семерых побивахом…