"...И научил их строить каналы и орошать землю, делать мотыги и высекать из камня и дерева самих себя, определять дорогу по звездам, а его; ученики захотели стать богами, и он хотел остаться еще, чтобы научить их... но тогда им сообщили ужасное... (следовали абсолютно чуждые всякой земной речи слова) ...и все возвратились, пообещав своим ученикам снова прийти... (текст прерывался - то не хватало слова, то шли какие-то маленькие непонятные знаки, которые, возможно, заменяли отсутствующую в шумерском письме пунктуацию...) ...и никто по вернулся, потому что (незнакомое слово!)... из-за ужасных... Они пришли тому назад шесть тысяч двести пятьдесят земных вращении по... (незнакомое слово, вероятно, название звезды. В цифре я не был уверен, так как впервые видел столь большое число, изображенное только шумерскими треугольничками и клинышками...) ...и сделали нас рабами... как Эа был на земле... Я сын сына сына Эа... все принесенное скрыл и узнал слово Земли и говорю скрыт... на (незнакомое слово)... от ужасных... убили... и сделали нас рабами... также на Земле... я сын сына сына Эа..."
Здесь текст прерывался на несколько секунд, а затем на экране телевизора появился волнующий призыв:
"...Люди из аккад, и шумеров, и хеттов, которые знаете Эа... если вы уже можете путешествовать между звездами... к нам... нам поможете... от ужасных... я все вам рассказываю наше слово, запомните... придите..."
И снова следовала вереница орионских знаков. Они, наверное, сообщали нам, землянам, те необходимые сведения, которые не позволяли выразить скудные возможности языка, которым владело человечество семь тысячелетий назад, когда Эа бродил со своими товарищами среди людей. Затем все исчезло вместе с короткими и бесстрастными гудками телекординга, и вокруг наступила, тишина, такая тишина, что мне казалось, я слышу, как мой собственный мозг посылает биотоки, опьяняющие сознание прозрением, - стало ясным очень многое, озадачивавшее меня в моих путешествиях в далекое прошлое египтян, ассиро-вавилонцев и их предтеч из Шумера и Аккад.