К вящему сожалению маленького тана, совсем затянуть с началом боя не выходило. Там, наверху, вот-вот должна была начаться игра… и если Нол уже обрел свое счастье в лице кровного врага, то для Диего так некстати вынырнувший кровник был всего лишь досадной помехой.

- Но подгорные боги не отвернулись от своего сына - ты пришел навстречу мне.

Капитан вновь оглянулся на тропу за своей спиной. До поворота было ярдов двести, не меньше. Слишком далеко. Будь это брусчатка мостовой… но по горной тропе гном догонит и горного козла, что уж говорить про уставшего человека. Что поделать, последний год он не так уж часто чувствовал под собой твердую землю, а не доски палубы. Вот потребуйся сейчас заплыв, а не забег…

И уж точно, додумал Раскона, гном успеет поднять мушкет, приклад которого виднеется из-за валуна, и всадить бегуну меж лопаток порцию горячего свинца. Предусмотрительный гном… глупый гном. Поправка, мысленно отметил маленький тан, не просто глупый, а очень глупый гном! Желающий непременно видеть, как брызжет кровь его врага из-под секиры. Хоть и пожил среди людей, но так и не уяснил, что лучшая месть - это когда стреляешь издалека и в спину.

Нол все еще продолжал что-то бубнить про поисковое заклятье, за которое было отдано целое состояние. Как он попытался тайком проникнуть в иторенские владения и едва унес ноги… Маленький тан с легким раскаяньем припомнил, как они с капитаном Ильмариком долго хохотали над рапортом городских стражников, наперебой строя догадки относительно количества винных паров, из которых на ночной улочке Сулитаяче мог бы сконденсироваться гном в боевом облачении. Тогда ему было смешно…

Диего опустил на камень глухо звякнувшую сумку и принялся медленно развязывать камзол. Прославленное арранское сукно мало того что было фиолетовым - Раскона долго выбирал в лавке суконщика ткань наиболее мерзкого цвета, из которой по доброй воле не сшил бы и носового платка, - но вдобавок еще и отвратительно пропускало воздух.