Переплывать Волгу без помощи лодки, рассчитывая только на собственные руки и ноги было действительно чистейшей воды безумием. В том месте, где расположился Волжанск, глубина реки около сорока метров, а ширина — примерно километра полтора. Большой песчаный остров-пляж напротив нашей набережной сокращал это расстояние до шестисот метров, а летом, когда вода отступала, шестьсот метров превращались в двести. Вы можете сказать, что двести — это немного. Нет. Это очень много. И прибавьте к этому течение со скоростью 3–4 километра в час. Нужно отчаянно плыть не только для того, чтобы продвигаться вперед, но и хотя бы для того, чтобы просто остаться на месте, иначе тебя быстро снесет вниз. Ну и, конечно, прибавьте сюда транспорт. Волга — одна из самых оживленных рек — на вершину дельты и с нее постоянно ходят самоходки, буксиры волокут за собой баржи с арбузами, фруктами, лесом и щебнем, понтоны с вязанками камыша, носятся «ракеты» и «метеоры» — и это не считая разных баркасов и катерков. Увидеть с судна на воде плывущего можно отнюдь не всегда — днем вода искрится солнечными бликами, которые могут сбить с толку даже опытный глаз. А наедет на тебя «ракета» — все! Прикормка!

В конце концов мы расшумелись неимоверно, и каждый доказывал другому, почему именно он и только он сможет доплыть до острова, и к нашему спору присоединился Антоха, бросив своего отца в окружении удочек, и вскоре ловившие по соседству начали довольно громко выходить из себя, и на несколько минут среди нас воцарилась тишина.

Мы смотрели на реку, которая лениво текла мимо, неся на своей спине мусор, окурки, стайки мальков, смотрели на вожделенный песчаный остров — сейчас он выступал из теплой воды во всей красе, весной же его почти полностью затопляло. Доплыть до острова — сейчас эта цель кому угодно покажется смешной, тогда же она могла заслонить собой весь мир.