– Ничего, что я по-русски? – спросил Андронов, продолжая наблюдать за Регбистом. Тот по одному выбирал яблоки. Будто не мог наесться яблок в Москве.

– А мне один хрен, – вяло сообщил извозчик, вытирая губы рукавом. – Хоть по-русски, хоть по-турецки. Главное, шоб грОши заплатил. Мы ж не вуйки з полоныны, мы ж по-русски понимаем.

Андронов понятия не имел, кто такие «вуйки з полоныны», но уточнять не стал.

– Тут, между прочим, с часов Елизаветы русские полки стояли, – начал набирать обороты таксист. – Крепость-то российская была, а не козацька. И дивчат с Питера завозили, самых симпатюлек. И вообще, у вас, в Москве, наших больше, чем здесь. А не наши отсюда давно в Израиль потикали.

«Атаман Григорьев, – подумал Андронов. – Здесь, однако, гулял, в этих краях».

И почудился ему знакомый посвист лихих, обагренных кровью шашек.

Регбист, наконец, закончил возиться с яблоками и, бросив взгляд на остановку, где кучковалось уже десятка полтора сошедших с поезда людей с разновеликими сумками, неспешным шагом направился к поредевшему ряду частных такси. Прошел мимо «жигуля», в котором сидел Андронов, – тот повернулся назад, проследил до конца и сказал шоферу:

– Поехали вон за той «девяткой». Только не впритык.

Таксист остро взглянул на него, но промолчал и приступил к делу.

«И правильно, дядько, – мысленно одобрил его Андронов. – Не суй свой нос в чужой вопрос, а то Барбос откусит нос...»

Обогнув кустарник, «жигуль» выехал на проходящую мимо вокзала улицу и потрусил за своим собратом, только не серым, а бежевым-с-грязью, в который сел Регбист.

2

Город оказался вполне под стать своей привокзальной площади. Такси, разбрызгивая лужи, катило по малолюдным улицам – мимо парка и стадиона, мимо уцелевшего почему-то памятника вождю российского пролетариата и серой фигуры великого украинского поэта, вперившего тоскливый взор в увядшие цветы у собственных ног, мимо пестреньких ларьков с пивом и жвачкой, мимо магазинчиков, сквериков и домишек с отремонтированными «по-европейски» первыми этажами, сплошь занятыми если не парикмахерскими и аптеками, то офисами частных нотариусов или же, опять-таки, частными зубоврачебными кабинетами.