Комиссар Фонтанель внимательно слушал собеседника. Высокий и худой, он нервно ходил взад и вперед по комнате. Наконец, комиссар присел на угол своего письменного стола. Он был в высшей степени элегантен, и его молодая жена Доротея утверждала, что он самый красивый комиссар Франции. Все женщины городка испытывали нестерпимое желание совершить преступление с единственной целью быть им задержанными. Они согласны были ходить на допросы, подвергаться унижениям, лишь бы видеть предмет своей страсти и иметь возможность рыдать у его ног.

Фонтанель прибыл в этот городок всего три месяца назад взамен ушедшего на пенсию комиссара Лимона. И сразу же на него обрушилось это странное, запутанное дело. Его предшественник, ни в чем не разобравшись, пренебрежительно назвал его «барахло» Берже.

Фонтанель, который был убежден, что работа полицейского часто основывается на знании психоанализа, угадал здесь именно этот интересный для себя случай. Но дело оказалось настолько запутанным, что ему ничего не оставалось, как слушать, сопоставлять, анализировать, «зажигать свой фонарь», как он любил выражаться. Один из действующих лиц этой истории, глава семьи Жак Берже, который сегодня безмолвно бродил в цветущих садах дома умалишенных, его особенно занимал. Вот почему он решил поговорить с доктором Комолли, который лучше других в городке знал эту несчастную семью.

— Его личность действительно непостижима, доктор? — спросил Фонтанель после долгого размышления.

— Да, — ответил Комолли, — и все это потому, что он таит в себе нечто ускользающее, не поддающееся анализу, что-то смутное, не состоявшееся в реальной жизни, но прочно живущее в душе, что делает его поведение иррациональным.

— Все это несколько туманно и не совсем понятно, — заметил комиссар.

— Конечно, но это оттого, что и сам персонаж туманен. Мы ведь очень часто и подолгу с ним беседовали. Я должен сказать, что он блестяще образован. Вы понимаете, когда часто общаешься с человеком, знаешь его философию и образ мыслей, можно предвидеть его реакцию в той или иной ситуации. А с Жаком Берже такие предсказания были попросту невозможны. Складывалось такое ощущение, что он многогранен, что в нем живут несколько разных личностей, и в нужный момент решение принимает одна из них. Какая, предсказать абсолютно невозможно.