— Ромео и Джульетта, — тихо добавила Мэй. — Монолог Ромео.

— Это просто… невероятно. Вы любите Шекспира?

— Ну не то чтобы прямо очень, — под взглядами всего класса Мэй смутилась. — Просто писал красиво и запоминается легко.

— У меня просто нет слов, — развел руками мистер Джонс. — Прекрасная память и прекрасные стихи, — Мэй благодарно кивнула. — Хорошо, вернемся к сороковому сонету, — вспомнил, наконец, о теме урока. Это действительно Шекспир. Кто-нибудь знает произведения этого автора?

— Ромео и Джульетта, — хмыкнул Джон.

— Да, а еще?

— Петрарка? — вякнул кто-то совсем тихо.

— Дорогие мои, ну это просто позор. Петрарка — это поэт живший в 14 веке, а Шекспир жил в 16. Ну, напрягитесь, Шекспир, великий английский драматург, поэт и актер.

— Да кто ж его знает то? Вы бы еще античность вспомнили, — буркнул Олав.

— И вспомню, в античные времена тоже жили великие поэты и их произведения дошли до нас. И не надо делать такое лицо, Олав. Прочтите сонет еще раз, вслушайтесь в музыку стиха, в его течение. Насладитесь игрой слов….

— Ну ты даешь, — подскочил к Мэй Джон, когда урок закончился. — Прямо таки гений.

— Да ну тебя, — отмахнулась девушка. — С чего я гений?

— Мари Сью, могу я попросить вас задержаться, — попросил директор. Мэй поморщилась.

— Догоняй, — Джон потрепал девушку по голове и вышел.

— Да что же это такое? — возмутилась Мэй, в который раз уже поправляя прическу, но мистер Джонс как будто ничего не замечал. — Кх кх, — напомнила она о себе задумавшемуся учителю.

— А. Простите, задумался. Мэри Сью…

— Пожалуйста, просто Мэри, — перебила Мэй. Мужчина удивленно посмотрел на девушку.

— Ненавижу свое полное имя, — пояснила она.