Я испытывал ненависть к этому анту: отвратительное существо хотело поймать мою любимую, убить ее снова.

Я принялся строить планы, как бы мне оказаться там, рядом с красивейшей из птиц. Перелететь по воздуху я не мог. Оставался один путь. Пройти через деревню антов. Туда — к заветному месту, где она меня ожидает. Должно быть уже очень давно.

Я решил идти ночью, когда большинство грузных существ спит, и можно попытаться незамеченным прокрасться к каменному зубу. Я отдавал себе отчет, что на голом месте мне негде будет спрятаться, и любому анту достаточно топнуть ногой, чтобы превратить мое маленькое тельце в лепешку. Но перед моим моим мысленным взором стояла она — белоснежная птица, ожидающая меня на вершине. Если бы я мог увидеть мою возлюбленную вблизи хотя бы на мгновение. Прикоснуться к ней. Тогда я могу снова умереть. Только бы быть рядом с нею.

Ночная вылазка сорвалась. Всю ночь анты жгли костры и отплясывали вокруг, поглощая в огромных количествах какое-то пойло. Только один тучный ант стоял в отдалении, не принимая участия во всеобщем веселье. Я решил, что его поставили часовым или наблюдателем. Отполз подальше, скрипя от досады пластинами зубов.

Угомонились они перед самым рассветом. Некоторые развалились на голой земле, другие забрались в хижины. И лишь ант-наблюдатель бродил во мраке.

Время пришло. Не раздумывая больше ни секунды, я выбежал на свободное пространство и помчался к каменному зубу. Хотя я старался бежать, как можно тише, пластины панциря на моей спине пришли в движение и застучали. Я продолжал мчаться вперед, не сбавляя шага. И уже достигнув каменного зуба, услышал, что за мной началась погоня. Я обернулся в отчаянии. Тучный ант, тот самый, что часто пугал мою белоснежную птичку, и дежурил в деревне во время всеобщего веселья, шумно дыша, спешил за мной по горной тропе. Его лохматый хобот болтался из стороны в сторону, а жирные телеса тряслись, как фруктовое желе.