Маринка, бросив взгляд на меня, потом на Ромку, поняла, что из меня многого не выжмешь.
Она подошла к Ромке и молча оттеснила его от столика.
— Уйди отсюда, испарись! Вечно все делаешь не так, как нужно, подросток наглый!
Ромка послушно отошел на шаг в сторону и встал около зеркала, висящего у стены.
— У меня в столе лежат сушки, — буркнула ему Маринка, — тащи сюда! Можешь и сахарницу с собою прихватить. Без сахара кофе пить как-то неудобно, — ядовито добавила она, и Ромка быстро вышел, опасаясь еще нарваться на ее крики.
— Ну пойдем, Оль, кофейку дербалызнем, — приподнято сказала Маринка, — хватит тебе переживать и дуться. Ты слышала: увезли его в милицию. Дадут за хулиганство суток пятнадцать или в психушку отправят. Там ему самое место. А ведь казался таким нормальным человеком! Я-то сначала думала, что это старая грымза будет мозги компостировать, а получилось, что и ошиблась.
Вот так вот: век живи, век учись, а все равно что-нибудь новенькое да увидишь.
Я медленно вышла из-за стола, все еще держа в руках смятый номер газеты.
Вернулся Ромка, и с ним подошел Сергей Иванович.
Посмотрев на меня, Сергей Иванович молча сел на свое привычное место за кофейный столик.
Позвали Виктора, уже успевшего удалиться в фотолабораторию, и вся редакция была в сборе и приготовилась к традиционному кофепитию.
— Кто это был? — задала я, наконец, первый здравый вопрос.
— Псих, что ли? — моментально поняла меня Маринка. — Я не помню, но сейчас посмотрю.
Она легко сорвалась с места и устремилась в редакцию. Появилась Маринка почти сразу, держа в руках толстенькую тетрадку с замятыми углами и с фотографией Фредди Меркьюри на обложке. Что у Маринки не отнять, так это, помимо умения варить кофе, еще и сравнительную аккуратность в делах. Например, она всегда тщательно записывала почти всех посетителей, и чем интереснее казался ей человек, тем подробнее она выспрашивала его биографию. Для редакции в этих сведениях проку было мало, а вот для Маринки, наверное, много. Что ее заставляло выписывать все эти подробности, не знаю, но, одним словом, записи она вела и вот сейчас вернулась именно с ними.