– Я этого не видел! – предупредил нас всех участковый.

– Можете даже не пробовать, – тут же предложил ему Виктор Петрович.

– Ну уж нет! Не дождетесь! – мигом отреагировал милиционер.

Мы разлили самогон по стаканам, и я провозгласил тост:

– Ну, за то, чтобы эта неприятность не была у гада Жеки последней!

Мы дружно выпили, и Маруся, вытирая выступившие слезы – самогон у Афонина крепчайший, – сказала:

– А ведь я говорила, что отольются еще ему наши слезы!

Я предпочел промолчать и не сообщать ей о своем участии в этом деле. Когда-нибудь, может быть, и расскажу, но не сейчас. Засиделись мы допоздна и осилили не только остатки виски Богданова, но и самогон Афонина, после чего начали расходиться. Сергей Сергеевич тут же скрылся в своей комнате, а участковый, предупредив по телефону жену, что задерживается до утра по жутко важному делу, решил переночевать у Виктора Петровича – думаю, что их посиделки за самогоном затянулись до самого утра, потому что им обоим было что праздновать, но перед тем как уйти, милиционер тайком передал мне листок бумаги, который я быстро спрятал в карман, и заговорщицки подмигнул. Все правильно, наша операция ведь только начиналась!

Глава 13. МАША. НОВЫЕ СОСЕДИ. ЧЕГО ОТ НИХ ЖДАТЬ?

Ночь прошла спокойно – видимо, маявшийся головушкой качок решил дать отдых тому, что у нормальных вменяемых людей называется мозгом, так что музыка не гремела, а тарахтение электростанции можно было и перетерпеть. Судя по сполохам в окне, вся честная компания смотрела телевизор, так что выспаться нам никто не помешал. А вот утро подарило нам большую радость – все, кроме Жеки и прошмандовки, съехали с дачи, потому что, как мы поняли из их громкого разговора, испугались того, что малолетние негодяи могут и до них добраться.