– Так, Оля, – быстро сказала я, когда сестра на мгновение умолкла, чтобы перевести дух. – Какая была машина? Кто сидел за рулем? Куда она проехала потом?

Ни на один из этих элементарных вопросов Ольга не смогла мне ответить. она вспыхнула и залопотала что-то насчет того, что «было темно… мы шли… а тут оно из-за поворота как… ах… ох… я туда, они сюда, ужас, в общем, Поля», но я все это слышала несчетное количество раз, и меня это совсем не интересовало.

– А я… больше ничего не знаю… – тихо ответила Ольга, понурив голову, но тут же радостно вскинула ее, – да! Дрюня же Мурашов может что-то знать! Мы же вместе с ним были!

– Серьезно? – удивилась я. – А почему ты про это не рассказала?

– Так времени не было все охватить! Я же тебе подробно расписывала…

– Понятно, – усмехнулась я, вставая со стула. – Неужели от этого раздолбая может быть какая-то польза? Ну что, пошли?

– Куда? – не поняла Ольга.

– Как куда? К Дрюне!

– Но я не знаю, где его искать. Я же вообще почти никого здесь не знаю…

– Так узнай! Что-то же он рассказывал о себе?

Ольга напрягла память.

– Да! – хлопнула она себя по лбу. – Он говорил, что хотел у соседки Скворцовых пожить, у Маньки Сарафановой. Он ее двор со скворцовским перепутал. Нужно сходить посмотреть, не у нее ли он? Я сейчас у Светланы Дмитриевны уточню, который дом ее.

И Ольга побежала в дом.

Вскоре она вернулась и потащила меня к калитке.

– Вон тот дом, – показала она мне, когда мы вышли на дорожку.

Мы пошли к хорошенькому кирпичному домику, стоявшему рядом с тем, в котором жили Скворцовы. Возле него почему-то стояла милицейская машина. Уже подойдя к калитке, мы увидели, как из дома выходят двое милиционеров в сопровождении Прохорова Николая Трофимовича и выводят… Дрюню Мурашова! Руки Дрюни были закованы в наручники.