Еще надо было помочь Рохану — он был сыном генерала, командующего армейским корпусом, и ходил в школу при советском посольстве. Он был ровесником Наташи и ее, как пионерку попросили помочь Рохану, потому что он плохо говорил по-русски и из-за этого не усваивал материал. Рохан был странным — выше на голову любого мальчишки-афганца того же возраста, и при этом очень стеснительный, когда они оставались после уроков учить стихи, он очень стеснялся, все время извинялся, и как-то странно на нее смотрел. А один раз, когда Юрка, сын одного из советников, нехорошо обозвал ее и дернул за косу — оказавшийся рядом Рохан с жутким горловым рычанием бросился на него, сбил с ног и начал бить головой об пол — еле разняли. Еще Рохан подарил ей что-то вроде мониста, сделанного из старинных афганских монет, он сказал, что сделал его сам — Наташе понравилось, но после этого все стали дразнить их "жених и невеста". Сегодня они договорились встретиться пораньше, чтобы еще раз повторить домашнее задание, которое им дали и прочитать самое важное, что они прошли за четверть, чтобы Рохан вытянул контрольную хотя бы на четверку. Можно было бы конечно просто дать списать — но Наташа знала, что так не годится, надо чтобы Рохан учился, а не списывал, иначе грош ей цена как пионерке и наставнице, за которой закрепили отстающего ученика. Рохана привозил шофер министерства обороны на черной Волге, а вот Наташе сегодня нужно будет поехать не на автобусе, который собирает детей и возит их в школу — а с отцом, потому что отец тоже ездит в министерство обороны, оно как раз по пути. У ворот посольства она подождет Рохана, если он не приедет раньше и потом они пойдут повторять материал, до уроков у них будет минут двадцать.

С этими мыслями, Наташа нащупала тапки и побежала в ванную, где у зеркала неспешно намыливал щеки ее отец.