Их цивилизация только вышла из колыбели, когда прибыли силы Правительства и присоединили ее. Еще через сто лет население планеты перевалило за миллиард. Она процветала; на орбите были построены гигантские космические станции, на которых, как и в экваториальных пустынях, располагалось мощное высокотехнологичное производство. Полезные ископаемые здесь встречались в изобилии, окружающее космическое пространство кишело астероидами, богатыми цветными металлами. А потом, сто двадцать лет назад, пришли прадоры. Им потребовалось меньше суток на то, чтобы уничтожить все население планеты и превратить ее в ад, который я видел на экране, а от орбитальных станций оставить лишь сверкающее кольцо обломков.

— Корабль приближается к вам, — произнес голос из динамика. — Следуйте по направлению, которое мы вам укажем, и не отклоняйтесь от курса. В точке встречи отключите все приборы, кроме минимума аппаратов жизнеобеспечения, и транспортный корабль заберет вас. Сделаете что-нибудь не так — от вас останется мокрое место. Это понятно?

— Абсолютно, — ответил я.

Производители голографических фильмов и прочей развлекательной продукции называли это место — границу между территориями прадоров и людей — Плохими Землями. Жители этого участка Вселенной, занимавшиеся захватом имущества погибших кораблей, называли его Кладбищем, а себя признавали грабителями могил. Правительство не пыталось осваивать эти места. На пригодных для обитания планетах все еще дымились развалины, да и зачем заселять буферную зону между людьми и кошмарными когтистыми тварями, которые в любой момент могут решиться на очередную попытку истребления человечества?

— Получил курс, Ульрисс? — спросил я.

— Да, — ответил ИР моего корабля.

Он стал не очень разговорчивым после того, как я отказался от предложения воспользоваться оборудованием для маскировки, недавно установленным на борту.