— Мое предложение остается в силе, — сказал Кэри.

— Ну ладно! — вскричал Бурке, вскакивая на ноги. — Если ты настаиваешь, я согласен. Считай, что поспорили.

Кэри ухмыльнулся, встал с кресла и пошел за метеорологом, покидая просторную гостиную, в которой яркий свет ламп рассеивал мрак снежной бури за окнами. Некоторое время они шли по коридору с металлическими стенами, освещаемому трубками дневного света, и наконец остановились у большой стеклянной двери.

— Здесь находится компьютер, — сказал Бурке, указывая сквозь стекло и поворачиваясь к Кэри, стоявшему сзади. — Если ты хочешь обратиться к нему устно, надо говорить в левую решетку микрофона. Вычислительное устройство — справа, а внутренняя дверь ведет на теплоэнергостанцию. Но если ты думаешь применить физическую силу, лучше сразу пойдем обратно. Наши электро— и отопительные системы не имеют ручного управления. Они запитаны от небольшого ядерного реактора, который полностью подчинен компьютеру — конечно, за исключением автоматики самого реактора, которая отключает его в случае стихийного бедствия, скажем прямого попадания молнии. И тебе не удастся пробиться сквозь защиту даже за неделю. Если же ты задумал сломать сам компьютер, то его панель, на которой установлена решетка микрофона, сделан из двухдюймовых стальных листов, края которых сварены под давлением.

— Уверяю тебя, — сказал Кэри, — что я не собираюсь заниматься саботажем.

Бурке бросил на него быстрый взгляд, но в улыбке, мелькнувшей на лице адвоката, не было и тени иронии.

— Хорошо, — сказал метеоролог, отступая от двери. — Можешь войти. Мне подождать здесь или тебе необходимо, чтобы я удалился?

— О, можешь смотреть сколько влезет, — ответил Кэри. — Нам, компьютероломателям, нечего скрывать. — Он повернулся к Бурке и распахнул полы пиджака. — Вот видишь, у меня ничего нет за пазухой, — насмешливо проговорил он.

— Иди, — грубо перебил его Бурке. — Сколько можно трепаться? Я предпочитаю отдыхать в гостиной.