По правде говоря, ничего другого он отвечать и не мог, потому что ничего не понимал из сбивчивых рассказов, вернее из набора историй без начала и конца, в которых фигурировали Знайка, Козлик, а также описывались подробности макаронного производства на Луне, особенности ночевки под мостом и способы убежать от лунной полиции.

Скоро Спрутс все же понял, что его новый знакомец никакой не полицейский, но тем не менее слушал его бессвязные россказни со все возрастающим интересом.

И когда, наконец, прозвучала история Общества Гигантских Растений и имена Миги и Жулио, Спрутс воскликнул:

- Так значит вы- тот самый Незнайка! Первый коротышка, ступивший на Луну!

Невозможно передать в двух словах, сколько чувств пронеслось в душе Незнайки, когда долгожданные слова признания его исторических заслуг наконец прозвучали. Всего-то он и сказал:

- Да, это я.- И лицо у него сделалось такое, будто он съел торт, напичканный клубникой со сливками, намазанный медом, обложенный мармеладом и цукатами, а также украшенный ломтиками ананасов, бананов и прочими вкусностями.

- Поздравляю!... То есть, я хотел сказать... В общем, я очень рад! До свиданья!- сказал Спрутс и уже собрался отвязаться от Незнайки, но тот бесцеремонно притянул к себе Спрутса и начал взахлеб рассказывать о своих похождениях по второму кругу. Но как только он упомянул Крабса, Спрутс снова не выдержал и сказал:

- Крабс-то мелочь пузатая. Куда ему...

- А вы знакомы с этим делом? Кстати, вы так похожи на этого... ну как его... который у Крабса был начальником. Боссом то бишь. Я его самого не видел, только портрет в газете.

- Я не знаю...

- Ну, полно! Его на Луне все знали. Ну вы- вылитый он.

- Не помню. Что-то вылетело из головы. Может, Скуперфильд?

- Нет, не Скуперфильд, хотя имя похоже. Сейчас я сам вспомню.