Именно поэтому я и поверил ей. Так что, если Натаниель сможет приехать сюда и разобраться, в чем дело, это будет здорово… Она тоже говорит об этой двери, которую никто не может или не осмеливается открыть на протяжение двухсот лет. Существует поверье, что все, кто пытался это сделать, погибали. Через эту дверь и проник в дом злосчастный призрак… Да, я думаю, это его заинтересует.

Последовала долгая пауза, прежде чем уполномоченный по криминальным делам заговорил на другом конце провода.

— Нет, этим я сам займусь, — ответил ленсман. — Никто не должен об этом знать. Официально мы не будем сообщать об этом деле… Совершенно верно, эти таинственные ночные посещения могут объясняться близостью шоссе и обилием грузового транспорта… Да, в таком случае, я жду вас обоих.

Положив трубку, он повернулся к Эллен.

— Уполномоченный по криминальным делам Бринк тоже приедет. Он хороший друг Натаниеля и, насколько понимаю, его дальний родственник. Но сначала Натаниель сам позвонит сюда и получит полную информацию. Пройдет два-три часа, прежде чем они приедут, поэтому я предлагаю тебе лечь здесь на диван и немного отдохнуть. Я расскажу обо всем фру Синклер, но назову это просто истерикой с твоей стороны, потому что никто не должен знать о том, что мы собираемся провести расследование в этой старинной гостинице. У тебя есть ключ? Прекрасно, ты дашь нам его на время. На ночь, я имею в виду.

Эллен задрожала. Она не хотела бы оказаться на его месте.

Она поблагодарила за предложение отдохнуть, хотя и была уверена в том, что не сможет заснуть.

Натаниель? Что за странное имя! Наверняка это какой-нибудь престарелый ясновидец, гадающий на кофейной гуще, чтобы обнаружить местонахождение пропавших бумажников и тому подобных вещей.

Вряд ли он сможет чем-то помочь ей.

Эллен проснулась оттого, что солнце светило ей прямо в глаза. Или, возможно, ее разбудил высокий, сильный мужчина, который вошел в комнату?