Йорана присела на край стола. Она была сейчас одета в облегающий жакет и форменные брюки, хотя иногда заменяла брюки кожаными бриджами. В любом случае она демонстрировала фигуру, которую Рэнд считал поразительной даже для чоя. Она потянулась и потерла пальцами переносицу, как бы прогоняя боль.

– Что же тут непонятного? – переспросила она. – Они мертвы. Мы обнаружили их в камере в первую же ночь. Самоубийство. Пока мы узнали имя только одного из них – Миск, один из мелких уличных вожаков, не имеющий значения для того, кто желал обезопасить себя. Опознание двух других чоя еще ведется. Результаты вскрытия и токсикологической экспертизы оказались неясными. Поэтому, имея в своем распоряжении только видеозаписи нападения, мы не можем узнать, каковы были намерения этих чоя, когда они остановили процессию.

– У них не было оружия.

– Да, мы ничего не обнаружили.

– Поэтому было бы трудно предположить, что они замышляли убийство.

Йорана окинула Палатона удивленным взглядом.

– Убить чоя вполне можно голыми руками. Вероятно, один из них должен был схватиться с тобой.

Палатон скорчил гримасу.

– Йорана, не могли же они отравиться тюремной пищей! И тебе, и мне это известно. И если они не собирались убивать нас, зачем нападали?

Она пожала плечами.

– Самое большее, что я могу предположить – их поступок был своеобразной демонстрацией. Тот, кто их нанял, достиг своей цели: их не отпустили. Вероятно, целью и нападения, и самоубийства было изображение мученичества, – Йорана покачала обутой в ботинок ногой. – Но мы не можем определить, какими были их намерения. Предлагаю пустить слух, что задержанных отправили на работы в лагерь, а там они погибли. Ложь заподозрит только тот, кто нанял этих троих. Сомневаюсь, что репортеры будут придавать этой истории большое значение. Если же я ошибаюсь, то в трудовых лагерях свирепствуют болезни, жертвами которых вполне могли стать эти трое чоя.