— Лейтенант Лодейников, закончишь, подойди сюда! Все остальные свободны. Завтра с утра занятия по огневой подготовке.

Залечив ногу капитана Виктора Мироненко, за что тот с радостной улыбкой пожал ему руку, Валерий встал и направился к майору Таранухе, сидевшему на стуле рядом с тремя импозантными господами сидящими в креслах. Двое были генералами, причём весьма моложавыми и холёными на вид, а третий и вовсе чуть ли не английским лордом в тёмно-синем дорогом костюме и у всех троих на руках были часы, стоившие по "Мерседесу", если не дороже. Лейтенант Лодейников подошел к ним и молча встал по стойке смирно. Он уже успел отойти от беготни и потому дышал ровно, без малейшего напряжения и вообще по нему не было видно, что в течении шести часов Валерий работал в спортзале с полной самоотдачей. Майор, встав и кивнув ему, спросил:

— Что там у Виктора с ногой?

Лейтенант Лодейников улыбнулся и сказал:

— Так, пустяки пара трещин и растяжение связок. В медсанчасть может не ходить, я уже всё поправил, но нога у него, товарищ майор, просто чугунная. Он же ею волну встретил. Другому бы точно ногу в дребезги разнесло, а ему, хоть бы хны.

Майор, кивнув ещё раз, насмешливо сказал:

— А ты эту волну пустил, лейтенант. Причём с такой силой, что швартовый канат лопнул. Ладно, лейтенант, канат завтра перетянут заново, но ты мне вот что скажи, не хотел бы ты сегодня поучаствовать в одном кумите. Дело серьёзное, парень, вот товарищи из Генштаба специально из-за этого приехали и привезли с собой господина Истомина. А дело это такое, Валера, приехал к нам в страну один битюг, который рубит всех направо и налево потому, что тоже, как и мы все, сидит на частоте, но тщательно это скрывает. Как раз сегодня в одном бойцовском клубе он будет выступать и поломает, как всегда, человек семь. В общем командование ставит перед тобой задачу, лейтенант, посетить это кумите вместе с супругой и когда этот герой станет, как всегда, нагличать и предлагать кому-нибудь из публики выступить против него за пятьдесят тысяч баксов и продержаться ровно минуту на татами, ты выйдешь и уложишь его за эту самую минуту, но сделаешь это так, чтобы он надолго забыл о всех этих кумите. В общем единственное, что тебе не следует делать, это убивать его, а так можешь упаковать этого хлопца в гипс с головы до пяток.