— Пробка, — поправила Корнелия. Он засмеялся:

— Да, пробка. Понятно, что твой отец учитель. Я до сих пор считаю, что моя жизнь — это борьба пробки с огромной волной за существование.

— Ну и ну! — Корнелия невольно поерзала на кресле. — Ладно, пробка. А как насчет спасательного буя?

— Еще чего! Когда надо, его никогда нет рядом.

— Фредерсен идет сюда.

— Эй, Анатолий! — На этот раз учитель кивнул и Корнелии, как приветствуют знакомых в толпе. — Если тебе станет плохо, впереди есть место. Рядом со мной.

— Спасибо. Все нормально.

— А если мне будет плохо? Можно мне сесть впереди? — спросила Корнелия и тут же отметила про себя, что вопрос прозвучал с изрядной долей сарказма.

— Разумеется! — Фредерсен удивленно тряхнул головой. — Можешь хоть сейчас отправляться: мне надо поговорить с твоим соседом.

Она взглянула на Анатолия — тот отвел взгляд.

— Спасибо, — ответила она. — Я спросила на всякий случай.

После Гисена стало темнеть. Анатолий уже часа два читал огромную книгу о дельфинах, а если иногда что-то говорил, то о каком-нибудь чуде природы, и Корнелия его не слушала. В классе мало что знали про Анатолия, но всем было известно, что он просто помешан на животных. Еще, как она только что узнала, он ловкий карманник. При этой мысли она нащупала свой кошелек — на месте. Тут он захлопнул книгу.

— Наша турбаза расположена рядом с зоопарком, — радостно сообщил он. Казалось, для него это самая приятная новость сегодняшнего дня.

— Меня это не интересует.

— А что тебя интересует? — поинтересовался Анатолий.

Корнелия помолчала, а потом ответила:

— То, что я скоро умру.

Она ожидала услышать возражения, но Анатолий отнесся к ее словам на удивление безразлично.

— Это не так-то просто, — лишь сказал он.

— Это почему же? — спросила она с наигранным легкомыслием. — Завтра я пойду в город и куплю веревку…