— Научите обращаться с «милочкой»…

— Для того, чтобы спровадить на тот свет ненужного изобретателя? Как вы это уже сделали с бедным моим другом, Стасом Новиковым.

— Зря вы меня так обижаете. Отставного генерала убил не я — вам это известно… Что же касается вас, готов дать любые гарантии…

— Ваши гарантии, господин Бобик… простите, Пудель, — вот этот снег, который по весне растает, — гневно притопнул Геннадий Петрович, наглядно показывая, как оценивает он сладкие обещания собеседника. — Хватит! Мы вышли на полигонные испытания образца, а занимаемся ненужной болтовней. Куда прикажете послать ракетку?

Павлу показалось, что лобастый даже обрадовался прекращению словесного противоборства. Он достал из кармана блокнот, заглянул в него.

— В Христофоровку. Ракетка должна упасть рядом с сараем Хлебникова…

— Вдруг там дети?

— Не волнуйтесь, дорогой Геннадий Петрович — мои люди ожидают и к сараю никого не подпустят… Если вы, конечно, не ошибетесь в расчетах…

Изобретатель презрительно фыркнул, разложил прямо на снегу какие-то бумаги и забормотал.

— Полторы тысячи километров… Ерунда, достанем… Покажите на крупномасштабной карте дом Хлебникова.

Пудель поспешно развернул карту. Оба склонились над ней.

— Понятно… Теперь, будьте любезны, отойдите к вашим мордоворотам…

Лобастый нехотя подчиниося.

Старик поколодовал над бумагами, потом защелкал кнопками на утолщении трубы.

— Готово! Разрешите старт?

— Давайте.

Корнев предусмотрительно заткнул себе уши, тесней прижался к спасительному пню. Но ничего не произошло — ни грохота, ни снопа огня из таинственной трубы. Просто из неё метнулась вверх остроносая ракетка и исчезла…

— Через какое время получим сигнал о… прибытии?

— Ровно через сорок минут, — снисходительно пробурчал старик. — Успеем попить чайку с малиноваым вареньем.