— А мне Маннинг рассказывал о другом своем сновидении, — словно дождавшись своей очереди, начал Джек Пенроуз. — Будто он находится на плоской квадратной крыше. По ее краям парапет, который едва доходит до пояса, а посередине примерно такой же высоты стена, делящая крышу на два прямоугольника. Позже, во сне, ему стало казаться, что это крыши двух зданий, примыкающих друг к другу, потому что центральная стена толще других и с широкой трещиной посередине. И когда ему нужно было перелезать через эту стену, — а это он проделывал во сне несколько раз, двигаясь быстро-быстро, — он каждый раз испытывал страх, что на другой стороне либо вообще ничего нет, либо с ним случится там нечто ужасное.
Была ночь, небо заволокли низкие тучи, и порывистый ветер швырял в лицо колючий дождь, но света на улицах было достаточно, чтобы разглядеть все вокруг. Ги увидел, что на нем какая-то темно-серая униформа, неудобная и грубая на ощупь и безо всяких знаков отличия. И был он не один: на крыше находилось еще довольно много людей, которые, как и он сам, жались к стенам — по одиночке, парами или небольшими группками, но ему никак не удавалось их хорошенько рассмотреть. На протяжении всего сна он так и не мог взглянуть кому-нибудь из них в лицо или перекинуться с кем-либо словечком, хотя позднее даже ощутил в этом определенное удобство или, по крайней мере, чувство уверенности в том, что находится и двигается бок о бок с кем-то одним из них. Все они, как и он, носили точно такую же серую униформу; правда, на некоторых она была чуть светлее, но вблизи это различие было незаметно.