Свел мотоцикл в кювет, припрятал в кустах бузины, чтоб не отсвечивал. Ткнул калитку - не заперто. Вошел за ограду. На цыпочках. Осмотрелся. Точно - они.

Только они так гадят. Где живут, там и гадят - стиль, не спутаешь. Пачки "Кэмэл" недокуренные, бутылка коньячная на крыльце - пустая. То ли ветром ее катает, то ли доски от шагов проминаются. Дверь на веранду расхлебенили. И здесь уютный бардачок.

- Эй, Тула!

Ни звука. Как вымерли. И в доме пусто. А запах жилой, вонько. Камин масляный - теплый.

- Агафон! Славка!

Вилку из розетки выдернул.

- Эй, бездельники! Я это! Бец! Дрюня!

Шляются, что ли? Не могли же они уехать, дом не заперев? Или могли? "Жигуля" не видно, а пешком они не ходят. Халява их разберет. Может, в соседний поселок укатили? За жратвой?

Быстренько по углам посмотрел - где телик? Нету.

Влез по винтовой лестнице на второй, голову в дыру сунул. И тут как после погрома. А телик стоит, родной.

Пошарил вокруг - нет приставки. И, похоже, не было.

Не включали. Пыль на телевизоре ровная, толстая. Никто не прикасался, ежу понятно.

Вот где искать обормотов?.. Ха, дружбан у них...

Может, передрались?

Вышел за калитку и призадумался. С чем к Катьке явлюсь? Ни одного козыря на руках. Бэ, мэ?

И решил - а, чего нам. Разведаем.

Перебежал дорогу и по нахалке ткнулся в резную калитку.

7

А дом - офонареть можно. Ладненький, как игрушечный. Под "терем-кафетерем". Видно, с руками ктото живет. С душой сработано. Резьба - закачаешься.

Побарабанил.

Глухо.

Глянул в щелку - бабка по двору ходит. Что-то делает, озабоченная. Корыто у нее деревянное. Не то скребет, не то отстирывает. И виду не подает - глухая тетеря.

- Мамаша! Отопри на минутку! Спросить надо!