Нападающий справа предпочитал колющие удары. Отлично, это может пригодиться. Второй же противник утвердился в монотонном ритме, как молотобоец. Теперь только надо согласовать их движения...

Мало-помалу он навязал противнику новый ритм: укол, блок, отход — укол, блок, отход. Убедившись, что завлек противника в ловушку, молодой воин едва заметно опустил острие меча.

Как он и надеялся, враг был достаточно опытен, чтобы заметить малейшую брешь в защите, и нанес яростный укол сбоку. Но ответный удар оказался куда более стремительным и сильным, чем он ожидал. Инерция вогнала меч морва глубоко в глину обрыва.

И в тот же миг молодой воин нанес удар морву под мышку. Крепкий дельвийский клинок без труда пронзил тонкую кольчугу, защищавшую грудь противника. Второй противник, все еще загипнотизированный фатальным ритмом, снова обрушил на щит мощный удар.

Юноша встретил меч высоко поднятым щитом, но вместо того, чтобы погасить удар, как раньше, резко отвел щит наискосок вниз, ударив противника под дых. Меч морва лишь безвредно скользнул по шлему, растеряв изрядную часть силы удара.

Выдернув клинок из подмышки первого противника, он стремительно развернулся влево, ткнув мечом в щель забрала противника. Хрустнула кость, и морв рухнул.

Не прерывая движения, молодой воин повернулся, едва успев подставить щит под удар третьего морва, поспешившего занять открывшуюся вакансию. Послышался смех остальных морвов.

То ли они оценили его мастерство, то ли насмехались над неповоротливостью бывших коллег. Впрочем, пусть себе веселятся, чему хотят; его занимало лишь то, что место павших врагов заняли двое свежих.

Он наотмашь ударил появившегося противника по ногам, вложив в удар остаток инерции поворота, но тот без труда отразил выпад. Юноша снова оказался в ловушке между двумя врагами.

Эти вели себя осмотрительнее, отказываясь входить в ритм. С первыми двумя ему повезло, но их преемники не собирались повторять чужие ошибки.