– - Глупость! -- ответил Леонид. -- Забыл, что ли: мы только сегодня планеты от снега очистили. Их и видно не было! Да и какой смысл лететь на яркое? Не мотыльки…

– - О смысле не нем судить. А планеты твои они давно уж разглядели. Кто сказал, что это их первый визит?

– - Глупость! Ну подумай: всему, что есть на Земле, предпочесть разрисованные крыши! Чушь рыжая! Наливай!

– - За очищенные планеты!

– - За взаимно… понимание!

– - За жизнь внутри солнца!

– - Миру -- мир!

– - Ура!

Опрокинули. Затихли сосредоточенно.

– - Блеск! Отпустила тьма!

– - Кит! Сейчас я вспомню!

– - Вспомни. Но -- тихо! Не пыжься. Оно, брат, само собой приходит. Раз -- и пришло. Раз -- и знаешь! Ты с собой случайно не принес?

– - Да я сейчас! Мигом я!

– - Сиди, дурак! С трех стаканов пьяный… Хочешь дома на летающую тарелку нарваться? Хочешь, чтобы твоя половина сюда барбосов привела?.. Вот и сиди. Хорошего понемножку. Хороший у меня экстракт?

– - Слеза!

– - Сиди, Леонид, вспоминай. Тебя за что в психушку упекли?

– - За политику. Видение мне было. Мертвяки и черти в пекле. Я звон и поднял: нечисть, мол, к власти рвется, конец света грядет. Я им о другом, о высшем, а они, дурни, все поняли просто и однозначно: ах, к власти? ах, нечисть? на, держи! Уволили, поколотили слегка, покололи месяц… Я спокойным стал, как мороженый угорь. Все побоку: конец света, начало тьмы.

– - Вот, значит, как. Значит, не догадываются они о тебе?

– - Куда им…

– - А ты сам -- догадываешься о себе?

– - Не до конца.

– - Тогда я тебе скажу. Ты, брат, -- двойной. Или тройной. В тебе еще кто-то сидит.

– - Хину гонишь!

– - Вижу! Чую! Взглядом трогаю!

– - Все равно врешь! не сидит! -- заупрямился Леонид.

– - Тогда -- обитает. Верно говорю? Он в тебе растворен, до времени. Кто нынче растворен, тот будет отворен… знаешь, как раньше лечили? Кровь отворяли! Ну что молчишь?