Конвей притворно зевнул, как будто только проснулся.

— Это ты задал Сьель трепку? Но она уже слишком большая девочка. — Он ухмыльнулся, глядя на следы укуса на руке воина. — Кстати, кто она — внучка Кра?

Последовал неспешный ответ на ломаном, но вполне понятном английском:

— Приемная дочь Кра, от подруги моей сестры. Сьель впитала испорченность с материнским молоком — испорченность, которой она научилась от моей сестры, а та переняла ее от Конны.

Внезапно этот крупный мужчина потянулся и мертвой хваткой вцепился в воротник Конвея у самого горла. Странно было видеть в его глазах слезы и горькую ярость одновременно.

— Предупреждаю тебя, человек с Земли, — сказал он тихо. — Уходи. Быстро уходи, пока ты еще жив.

Он оттолкнул Конвея и пошел назад, в большую комнату, чтобы там, у огня, погрузиться с головой в свои мысли. А землянин остался разгадывать загадку — было ли предупреждение адресовано им всем или ему одному.

Несколько часов спустя ему удалось забыться тревожным сном, и Конвею опять приснились льдистая долина и спрятанное сокровище, которое ждало его за скалистой стеной. Казалось, оно ближе к нему, чем когда-либо раньше, так близко, что он проснулся со сдавленным криком. Каменная каморка была точно склеп, и он покинул ее, испытывая такое отчаяние, какого никогда не знал прежде. Ветер снаружи усиливался.

Он вошел в большую комнату как раз в тот момент, когда Кра входил в нее с другой стороны, с лестницы. За ним, очень бледная, с гордым лицом, следовала Мар-сия Роэн. Щеки ее были в ссадинах, красивые черные волосы намокли и обвисли. В глазах девушки стояла такая растерянность, что Конвею больно было в них заглянуть.

— Марсия! — воскликнул он.

Она подбежала к нему, крепко обхватила его руками, точно напуганный ребенок. Обняв Марсию, он отвечал на ее вопросы, пока девушка не вздохнула свободно.

— Питер в порядке, — уверил он ее. — Ваш отец тоже. Оба в полной безопасности.