— Но я не собирался отказываться от нашего сына!

— Это не значит «отказаться»! Это значит остаться на свободе.

— Это не преступление, Джейн. Этот следователь мог силой выбить из тебя любые показания. Ты не виновата.

— И еще я была в постели с другим мужчиной.

— Это другое дело, ты любишь другого и поэтому пытаешься оттолкнуть меня?

— Я его ненавижу! И если встречу, то обязательно его убью! ет лучше я сначала ему отрежу кое-что, и только потом убью!

Она так плотно сжала губы, что они побелели. Глаза Джейн сузились и взгляд ее стал таким колючим, что Джек невольно отпрянул от нее. "Пожалуй она его действительно убьет" пронеслось в голове у Джека.

— Ты так сильно ненавидишь этого человека? Почему, он предпочел тебе другую женщину?

— Мерзавец, он изнасиловал меня! И я не могу быть с тобой, милый, после всего этого. Меня начинает колотить при одном только воспоминании об этом.

— Успокойся, Джейн. Ты не виновата. ет оснований стыдиться меня — Джек привстал и поднял ее с дивана на руки — Я помогу тебе. Я с тобой, а все ужасы остались позади. Это в прошлом. Это не более чем воспоминания.

Джек разговаривал с ней, как разговаривают с детьми. Он говорил тихо, и голос его урчал в тишине. Джейн не отвечала, она лишь тихо всхлипывала. Он осторожно отнес ее в спальню и положил на кровать.

Поздно вечером в постели, обессиленные после встречи они лежали и разговаривали. Ее форменная юбка неуклюже повисла на спинке стула, на котором уже висел его генеральский китель. Джек по большей части молчал, говорила Джейн. Она рассказывала о себе, о допросах, пытках и женском одиночестве.

— Почему же ты не нашла меня Джейн? Я то ведь думал, что тебя нет на Инте.

— Я не смела искать тебя, Джек. Я чувствовала себя недостойной, грязной женщиной, мерзкой шлюхой. Это усилилось после освобождения из тюрьмы, когда я узнала из видеоновостей о твоих фантастических успехах. Мне было стыдно, находиться рядом с тобой, Джек. Я боялась тебя испачкать.