Бут-Бутана, мальчишку-неудачника, я во многом писал с себя-любимого. Влад Снегирь, он же Владимир Чижик, в детстве просто Пыжик. Вечно обижаемый рохля. Пятый класс школы: пошел заниматься дзю-до. Один раз подтянулся на турнике, дважды отжался от пола. Посмеялись, но взяли. Через полгода ударился головой об пол: врачи-окулисты запретили борьбу напрочь. Пошел на фехтование. Чуть глаз не выбили: маска прохудилась. Пошел на каратэ, уже в бурсе: сломал ногу, а тренера вскоре посадили по валютной статье. Мне легко было "делать" Бут-Бутана - подкидыш, воспитанный в семье маслодела Чемпаки, гордый заморыш, он был убежден, что родился для воинских подвигов. Вечно битый, всегда задиристый, превращавший в оружие любой попавший в руки предмет (ветку, пояс, камень...) и снова битый, битый, битый... За него давали не двух - две сотни небитых. Неукротимый дух царил в скудном теле. И однажды бродячий пандит рассказал мальчишке сказку про Лучшего-из-Людей: воина, мудреца, правителя, волшебника, равного богам. За что Златоухая Джестумшук, госпожа Сивого неба, велела дружине Вержегромцев расчленить предательски усыпленного героя. Части тела Лучшего-из-Людей были раскиданы по земле, обратясь в младенцев. Подкидышей. Вечно ищущих завершения и никогда не находящих его. "Возможно, ты, малыш, правая рука Его, - на прощанье сказал пандит. Рука Меча. Ты помнишь, ты хочешь, но не можешь. Что ж, ищи..." Бут-Бутан пошел искать. Сейчас, в моем незаконченном романе, он бился на стенах Дангопеи, вместе с Носатой Аю, "Рукой Щита", страстно желавшей защитить всех страдальцев, но навлекавшей на них лишь новые беды, и Мозгачом Кра-Кра, "Головой Власти", косноязыким волшебником, неспособным произнести до конца ни одно заклинание. И мне надо было гнать их дальше на поиски, а я ел саранчу, пил фьюшку, спал без задних ног и врал издателю, что скоро закончу. Брехло я ленивое. Самое время "пшикнуть" и сесть за работу. - ...спасибо Нежному Червю: подкинул Отщепенку.