Цербер оживился, выгнал всех, кроме критика, из купе, запер дверь и вздернул пытуемого на дыбу. Минут через двадцать, пучась от разочарования, он позвал нас обратно. - Цель поездки? - Еду в издательство вычитывать гранки, - сказал я, делая пассы. Этому сакраментальному заклинанию пришлось обучиться лет пять назад, заехав к друзьям в Ростов. Было шесть утра, вокзал заселяли лишь редкие наперсточники, а меня остановил мент с автоматом и кавказским акцентом. Паспорт его не удовлетворил. Моя заспанная рожа навела на подозрения. И лишь загадочное "вычитывать гранки" - два удивительных, волшебных слова! дуплетом пробили броню насквозь. Мент вспыхнул златозубым оскалом: "Вах, иди, хар-роший чилавэк! Вижу, ты не фалшивомонэтчик!.." С тех пор "гранки" не раз выручали меня в критические дни. Но только не сейчас. - Еще раз спрашиваю: цель поездки?! - Писатели мы, - буркнул вожделевший "Старки" Эльф и благоразумно добавил. - Бедные... Морда цербера приобрела странную конфигурацию: - Писатели? Все?! - Ага. - Детективщики? - Нет. Фантасты. Цербер просиял. Цербер возликовал. Цербер выгнал сунувшихся было на помощь коллег, заперся с нами в купе и стал подробно интересоваться стандартами "роялти" на десяти тысячах тиража. Также его очень беспокоил пункт 6.5: "При внесении редакторской корректуры более 30%, Издательство вправе снизить авторский гонорар на сумму оплаты затрат и работы специалистов, производивших работу по внесению сверхнормативной правки." Мы объяснили, просветили и утешили. - Как книга называется? - спросил напоследок проницательный Шекель-Рубель. Цербер зарделся: - Я сперва назвал "Уходи с баркаса". Но главред... Сошлись на "Таможня берет добро". - Надо будет отловить. А фамилия автора? - Я под псевдонимом. Будете искать, спрашивайте П. Верещагина. Через десять минут поезд отчалил к светлому будущему. - ...раки! Вижу раков! Свистят! На горе! Иду брать! - ...с недавних пор определение "депрессивный" по отношению к моим текстам стало меня напрягать...