После темного и прохладного подземного перехода солнце кажется особенно горячим и ярким. Как на картинах художников Возрождения, оно пронизывает сизый дым от автомобилей над проспектом Калинина. Очертания мелких предметов меняются, и появляется ощущение, что плывешь под водой.Этот кусок Калининского проспекта за последние десять лет почти не изменился, если не считать оставленных позади стеклянных магазинчиков и зала с “однорукими бандитами”. Кстати, подобных зальчиков с игорными автоматами в Москве развелось едва ли не больше, чем булочных. И ни один не пустует. Народ наш оказался азартным, хотя это было и так известно. Мы все всегда делали и делаем с неуемным азартом, который, впрочем, быстро иссякает. Лучше бы трудились как немцы: ровно, без взлетов и падений, и добросовестно. Давно бы уже в каждой семье было по своему “однорукому бандиту”.Близость Арбата начинает чувствоваться задолго до этой первой в стране прогулочно-балаганной улицы. По части посетителей старый Арбат, наверное, переплюнул все советские святыни вместе взятые. Паломничество не прекращается ни днем, ни ночью. И ведь нельзя сказать, что здесь очень уж удобно и дешево отдыхается, что на Арбате на каждом углу стоят карусели с качелями и бесплатно раздают пирожки с картошкой. Нет. Разве что с удавом можно сфотографироваться, да послушать непризнанных бардов или отчаявшихся от бесславья таких же непризнанных поэтов. Впрочем, и того, что есть, уже достаточно. Улица, напоминающая театральные декорации, и воспринимается как театр, где каждый может хотя бы ненадолго почувствовать себя либо артистом, либо зрителем — кому что нравится. А поход в театр — это уже праздник. Так что — да здравствуют праздники, которые мы назначаем и устраиваем без чьей-либо указки, сами себе.В переходе под Калининским проспектом как всегда не протолкнуться.
