- Послушай, - тронул меня за плечо Хаскинс. - Ведь наши как раз там искали воду. И дыра - это, наверное, скважина?

- Проверим, - сказал я. И подумал: может быть, Хаскинс прав? Тогда какой же я идиот! Ведь если он прав, то мы найдем причину движения песка и сможем наконец его остановить. Сможем остановить песок!

- Поехали, - сказал я. - Ты, старик, собирайся. Сейчас мы вернемся и заберем тебя.

- Заберите оттуда свою дыру, - буркнул старик. - Ходят тут всякие...

Не слушая его больше, я бегом бросился к машине. Хаскинс уже сидел в водительском кресле. Он заговорщически подмигнул мне. Не злопамятный он парень, это хорошо. А уж не пользуюсь ли я этим? Впрочем, командир всегда прав...

Бронеход тяжело урчал, увязая гусеницами. Песок двигался прямо нам навстречу и, может быть, именно от пресловутой "дыры". Хаскинс гнал машину. Его глаза нетерпеливо блестели. Поднявшись на склон, мы внизу, в долине, заметили то, что искали. Хаскинс остановил бронеход, и мы вышли. Он вытащил бинокль, вгляделся, понимающе свистнул и передал бинокль мне.

"Дыра" была не дыра и не нора, а скорее воронка с высокими краями. И располагалась она как раз там, где пробурили пробную скважину. Воды там не нашли, хотя теперь, принюхиваясь, я чувствовал запах ржавчины. Я понял, что так пахнет трепел. Наши ребята вызвали джинна из бутылки. Песок по краям воронки волновался, было видно, как концентрическими кругами от ямы рассыпаются его струйки; несомненно, источник активности был скрыт там, внутри.

- Что я говорил! - сказал Хаскинс. Он хлопнул себя по коленям. - Вот влипли, а? Выходит, сами себе работу задаем! Приезжаем, разбиваем базу, все хорошо, ищем воду, бурим скважину - и на тебе! Ребятам скажи, они ведь со злости заплачут, честное слово! И все потому, что сначала делаем, потом уже начинаем думать. Мы здесь действуем по стереотипу, как у себя дома, и никакой сукин кот ученый ни в чем не разобрался - песок и песок себе! А вот оно как получилось! Боком! - орал Хаскинс. - Ну, теперь все! Теперь-то мы поняли!