— Когда ты последний раз его видел? — он поспешил развить успех.

— Сейчас вспомню…

Тут следовало придерживаться фактов — свидетельства охранника коммерческой палатки и «торфушек».

— Примерно неделю назад…

— Один он был?

— Не один, он собирался сюда, в Домодедово.

Старлей переглянулся с сержантом.

— Похоже на правду. Я знал, что Коржаков тогда приезжал не один! Это относилось уже к сержанту. И тут же последовал новый вопрос Качану:

— У тебя с ним дела?

— Какие дела… — Качан подумал. — Я его охраняю.

— Личка, что ли?!

— Ну! — Качан незаметно скосил глаза на наручник.

Браслет был обычный — его открывал стандартный ключик. Один такой Качан постоянно держал в подкладке рукава, приклеенный скотчем. Скоро он мог понадобиться.

— Где вы с Коржаковым виделись в последний раз? — старлей начал новый заход.

— На Арбате, — с равным успехом он мог назвать любое другое место:.

«На Плющихе», «В Химки- Ховрино…»

— В ресторане что ли?

Качан кивнул.

— В «Метелице»! — уверенно заметил старлей.

— Да.

— А еще в Шереметьево! В международном аэропорту! Так?!

Странным образом старлей попал в точку: их тогдашняя с Коржаковым поездка в Международный аэропорт Шереметьево была в связке с делами нигерийских наркокурьеров. Сегодня на переходном мосту тоже был нигериец Мосул Авье.

Качан не сразу решить этот кроссворд.

Если нигерийцев разрабатывало — Региональное управление по борьбе с организованной преступностью или Федеральная Служба Безопасности — они не стали бы поручать наблюдение патрулям…

Внезапно он догнал:

«Эти патрули… Это — же пятая колонна! Оборотни! Днем они трутся среди нас, а ночью служат наркомафии!..»

Старлей снова взглянул на своего напарника. Лицо сержанта было малоподвижно, ничего не выражало. До него все доходило медленно и с трудом.