Хвост охранника (не иначе, если верить невозмутимому лицу его хозяина без участия последнего) от поглаживания перешел к новым маневрам: принялся легко, коварной змейкой, обвивать мой хвост, то скользя плавно вверх, то вниз.

Ощущения были — не передать. Я вся так и стекла под стул. Ну прямо некая разновидность неконтактного секса, ничего себе у нас новая охрана. Видно, кому-то очень надо вытурить нас из Пряжки, съели мы отведенный бюджет, пора замуж…

— Вы пропустили два слова, — мягко остановил меня охранник.

Хвост его вернулся к хозяину.

Младшая надзирательница встрепенулась:

— Двадцать Вторая, начните предложение заново! Да пожалуйста…

Я снова забубнила текст.

Глаза у охранника стали задумчивыми.

Пару параграфов все было спокойно, потом я почувствовала, как пушистый кончик хвоста погладил меня по лодыжке и не спеша пополз вверх.

Проверить, какие на мне панталоны: простые некрашеные, как положено, или шелковые с кружевом, как у Шестой?

А фигу тебе, слушай лучше параграфы!

Согнув кончик своего хвоста крючком, я подцепила наглеца, решительно оторвала от моей ноги и вернула на законное место, под стул. А то надо же, разбежался… Два слова пропустила.

Хвост охранника дернулся. Потом пополз опять.

Тогда я предупреждающе наступила на него носком башмака.

Спорить охранник не стал и хвост убрал.

В пыточную бурей ворвалась старшая надзирательница.

Зачитавшаяся младшая, застигнутая на месте преступления, быстро превратилась в человека, сидящего не на своем месте. Она суетливо запихала книгу обратно в стол и съежилась на стуле.

Но старшая надзирательница, неслыханное дело, даже не обратила внимания на дерзкую кражу ее привилегий, одобрительно кивнула в нашу с охранником сторону, сказав: