Пирона, можно было разглядеть лишь несколько предметов домашней обстановки, а снаружи, вместо того чтобы выставить для обозрения лучшее, что у него есть. Пирон оставил только несколько коробок с битыми бутылками. Бутылки были из-под вина и пива, и при ближайшем рассмотрении оказалось, что там нет ни одной целой.

Картина была столь же неприглядной, что и везде на рынке.

На пороге лачуги появился человек и, прислонившись к косяку, наблюдал за Уолтом. Болезненно худой, с выпиравшими из-под кожи скулами и холодными глазами он напоминал голодного волка. Человек стоял, скрестив руки на груди, не нарушая ни единым словом приветствия безразличного молчания.

Уолт повернулся к нему и, показывая на ободранную картонную табличку, прибитую к стене лачуги, спросил:

– Пирон?

Человек едва заметно кивнул, подтверждая этим жестом правильность догадки Уолта.

– Я ищу, где можно купить монеты. Я имею в виду – редкие. Не могли бы вы мне помочь?

– Je ne comprends pas, – сказал человек. – Не понимаю. Не говорю по-английски.

– А, вот как, – дружелюбно отозвался Уолт и с легкостью повторил свой вопрос по-французски.

В глазах собеседника мелькнуло удивление, но тут же пропало.

– Монеты, – протянул он, – какие же?

– Американские старые центы. Те, которые с головой индейца.

– Каких лет?

– 1903 и 1904 года.

– И еще?

– Еще 1906-го.

– Три, четыре, шесть – магические числа, отлично. – И сказал:

– Так вы тот самый?

– Да.

– А Мерсье, я вижу, передал вам. Я, правда, думал, он сам принесет ответ.